23:33 

новый перевод, "Поездка втроем"

jetta-e
"На крышах Форбарр-Султаны шафранный закат померк..."
Название: Поездка втроем (Three's Company)
Автор: Philomytha
2500 слов. Джен. Пропущенная сцена. Граф Петр, Майлз, Иллиан
Саммари: Графу Форкосигану не позволялось брать внука с собою без вооруженного сопровождения. Причем вооруженного, имея в виду его самого: его никогда не оставляли с мальчиком наедине все последние девять лет.

*
- Туда? - уточнил Майлз, придерживая на мгновение Толстого Дурачка.

- И наверх, - ответил Петр. - Тропа скоро станет уже, держись поближе за мною. - Он покосился через плечо на третьего, незваного участника этой поездки. - И ты тоже. - Он неодобрительно нахмурился, оглядывая третьего всадника, и прибавил: - Мой сын отправил тебя с нами, имея в виду какую-нибудь изощренную форму наказания? В прежние времена ты бы и пяти минут не продержался, нам бы пришлось оставить тебя как приманку для цетов.

Капитан Иллиан не ответил, но его посадка в седле сделалась самую малость правильней. Именно самую малость. Там бы пришлось до черта чего еще исправлять.

- У Ботари отпуск, - вмешался Майлз, уже не в первый раз сегодня, - а папа сказал, что дяде Саймону нужен день отдохнуть.

- Именно так ты представляешь себе отдых, капитан?

- Полагаю, Регент считал. что это может стать отдыхом, - только и ответил Иллиан, легким толчком направляя лошадь вперед, и, по крайней мере в эту секунду, не сделал ни одной явной ошибки в верховой езде, за которую Петр мог бы его раскритиковать. Он поехал рядом с Майлзом. что ж, времени впереди еще много. Возможно, Эйрел послал Иллиана с ними, чтобы графу было на ком оттачивать свой язык.

И он будет это делать. Истинная причина, по которой Иллиан ехал с ними, уязвляла старого графа, точно камешек в сапоге, который при каждом шаге ранит ногу. Ему не позволялось брать внука с собою без вооруженного сопровождения. Причем вооруженного, имея в виду его самого: его никогда не оставляли с мальчиком наедине все последние девять лет. Граф постепенно привык к этому, делая вид, что не знает про это распоряжение настолько, насколько мог, но оно всегда оставалось. Камешек, который не вытряхнешь. Может, так было даже лучше. Вооруженные охранники не оставляли ему необходимости задумываться над своим решением. Его под дулом оружия заставили терпеть наличие наследника-мутанта, что ж, он будет терпеть. Если бы это оружие опустили... не такой он человек, чтобы отступать.

Но Иллиан был форменным оскорблением. Ботари был психом, но такого рода психов Петр уважал - тип, фанатично преданный мальчику и его матери, далеко за пределами того, чего требовали присяга и здравый смысл. Защищая Майлза, он бы поднял руку на самого старого императора, на Эзара. Таким людям Петр был счастлив противостоять. А этот парень Иллиан был просто служакой, чиновником. Кажется, Эйрелу он служил неплохо, но если не считать этого, он был вежливым пустым местом, за что Майлзу, похоже, и нравился. Дети примечательно неразборчивы в своих чувствах.

- Наверх, - повторил Петр для Майлза, решив больше не замечать капитана Иллиана, - там место, где у нас летом был базовый лагерь пять лет подряд, пока не случилось особо снежной зимы и все не затопило. Сорок человек размещались в эти пещерах. Я отправлял их дозорами по четыре человека, и они по всему Округу устраивали диверсии и перехватывали разговоры. А подняться туда можно только пешком или верхом, если у тебя подходящая для такой поездки лошадь. - Он еще раз окинул взглядом молоденького Толстого Дурачка - собственную лошадь Майлза - и мерина, которого Иллиану дали на конюшне. Оба были дендарийской породы, они справятся. - Пусть он сам идет вперед. Он разглядит тропу лучше, чем ты. - Он повысил голос достаточно, чтобы и Иллиан мог его расслышать.

Тропа вилась вверх, круто поднимаясь, она почти вернула Петра в прошлое, пока он ехал по ней. Он не мог оглядываться, чтобы проверить, как там Майлз - это движение нарушило бы равновесие его собственной лошади, - но он слышал легкий цокот копыт за спиной и различал звук каждого шага. Мальчик в порядке. Тропа внезапно достигла высшей точки гребня и пошла вниз. Петр слышал, как Дурачок преодолел гребень без проблем, а за ним - лошадь Иллиана. Все чисто. Кажется, если он сейчас прикроет глаза, то снова услышит голос Эзара, докладывающий о прибытии.

Они обогнули поворот, развернулись, и тут Иллиан отстал, но все же Петр слышал, что замыкающая кавалькаду лошадь достаточно твердо ступает на все четыре ноги. В свое время он сводил по этой тропе вниз всадников и похуже.

- Готов поспорить, у тебя тогда получалось устраивать тут классные засады, - произнес Майлз позади него. - Верно?

- Не было нужды, - отозвался Петр. - Никто из цетов не добирался так далеко. Мы держали пост в пяти милях отсюда, и если кто-то заезжал в эти края, мы их сбивали с пути, а потом убивали - но не здесь, а подальше в стороне, так что у них не было никаких данных о подозрительных смертях в этом районе. Они никогда не подбирались настолько близко, чтобы обнаружить наш лагерь.

- Ага! Теперь понятно. Здорово!

Петр проехал по последнему крутому витку тропы, и его лошадь спустилась в узкую лощину, где когда-то они на скорую руку устраивали коновязь. Он услышал, как шаги Дурачка за его спиной ускорились - лошадь почуяла, что конец путешествия близок.

- Осторожно там! - рявкнул Петр, но поздно. Молодая лошадь споткнулась, ее нога соскользнула с края тропы. С фырканьем Дурачок восстановил равновесие, но во время этих перемещений сбросил всадника. Петр не знал, то ли Майлз не смог удержаться, то ли сознательно выбросил себя из седла, боясь свалиться на тропу вместе с лошадью. Как бы то ни было, он приземлился с возгласом боли, и Петр тут же сам спрыгнул с лошади. Дурачок, перепуганный, понесся вперед в лощину, чуть не сбив Петра, когда пробегал мимо. Граф кинул только один взгляд на своего внука и сразу бросился к Майлзу.

Никогда в жизни он не попадал в засаду на этой тропе. Но сейчас, когда он спешил к Майлзу, голос сверху приказал ему:

- А ну, отойдите от него!

Петр поднял голову. Иллиан оставил свою лошадь и бегом преодолел последний виток тропы. Парализатор в его руке смотрел прямо на Петра.

- Он упал с лошади! - проорал граф в ответ, но остановился.

- Медленно отойдите назад. Вернитесь к своей лошади и оставайтесь возле нее, - голос Иллиана был жесток, как удар молота о железо.

- Дядя Саймон? - Майлз попытался подняться, и первый страх отступил от сердца графа, когда тот шевельнулся и заговорил. - Деда?

Свирепый взгляд графа не оказал на Иллиана никакого эффекта, и если голосок Майлза тронул его, он этого тоже никак не показал.

- Немедленно, граф Форкосиган.

- Я был неправ насчет тебя, - признался Петр, делая шаг в сторону от своего внука. - Негри хорошо тебя выбрал. Мы в свое время бы могли забрасывать тебя к врагам. Чтобы ты любезничал с цетами, а потом закалывал бы их в спину, когда они будут чувствовать себя в безопасности.

- Немедленно!

Петр развел пустые руки и медленно отошел прочь. Краем глаза он видел, как капитан Иллиан подходит к Майлзу, опускается возле него на колени, тщательно осматривает и тихо что-то ему говорит. Он видел, как Майлз сел. Упал тот не слишком сильно, и к нынешнему возрасту уже явно окреп. Немного окреп. Возможно. Но Иллиан нахмурился, глядя на мальчика, и заставил его снова лечь.

Петр подошел к Толстому Дурачку и снял прикрепленную за седлом аптечку, а затем медленно вернулся. Иллиан резко повернулся к нему, и Петр замер.

- Тебе это явно понадобится, - произнес граф ровным голосом. Ирония была бы сейчас неуместна.

Иллиан что-то согласно проворчал, и Петр подошел ближе. Самая первая, параноидальная, реакция Иллиана, казалось, утихла, но Петр все же благоразумно держался в шаге поодаль. Глупость - провоцировать разозленного сторожевого пса. Вот кто такой Иллиан.

- Большая берцовая кость, да? - прошептал Майлз.

Иллиан убрал диагностический сканер.

- Малая берцовая, - поправил он. - А большая в порядке. Лежи спокойно.

Петр припомнил тот первый и единственный раз , когда он сам сломал ногу - перебило шрапнелью от неумело сделанного взрывпакета. Джесконианские контрабандисты прислали им дешевые низкосортные боеприпасы, и Ксав за это свирепо на них накинулся. Петр-то тогда отнюдь не лежал тихо, размышляя вслух, которая кость у него сломана. Правда, учитывая обстоятельства, его криков никто не слышал. Хранить молчание, когда испытываешь на боль, он научился уже позже.

Но Майлзу всего девять! Петр с бесстрастным лицом смотрел, как Иллиан обездвиживает с помощью медпарализатора сломанную ногу. На лице Майлза пролегли морщины страдания.

- Лучше? - переспросил Иллиан, и в этом голосе, следовало признать, звучало искреннее чувство.

- Ага, - Майлз приподнялся на локте. - Но это не... я не упал, я сам свалился. Думал, что Дурачок сейчас завалится. Деда не...

Иллиан ответил медленным кивком.

- Да. Очень хорошо. - Он встал, убрал все в аптечку и снова ее застегнул, а затем вернул Петру. - Приглядите за лошадьми. Я вызову помощь. Боюсь, вашей исторической экскурсии придется подождать до другого дня. - Его тон был резким, холодным. Воистину выкормыш Негри.

- Тебе повезет, если ты поймаешь сигнал... - начал Петр, но вдруг резко обернулся.

Когда Иллиан увидел Майлза лежащим на земле, то просто бросил свою лошадь, не привязав ее и не стреножив, а сам побежал вниз. Его мерин, оставшийся один в узком, похожем на туннель проходе, слышащий шум от других лошадей и человеческие крики, запаниковал. Как и его всадник, подумал Петр. Обнаружив, что его друзья пропали, мерин поскакал вниз по тропе к лощине.

Иллиан метнулся вперед, словно мог каким-то образом поставить себя преградой между Майлзом и испуганной животиной весом в полтонны. Петр подхватил Майлза на руки и прижался вместе с ним к скалистой стене, прикрыв его собой от возбужденной лошади. Иллиан взлетел в воздух, лошадь процокала мимо Петра и присоединилась к Дурачку и своей второй товарке, так, словно ничего не случилось.

У Майлза глаза были как блюдца.

- Ну ты и быстрый, - восхищенным тоном проговорил он.

Петр хмыкнул в ответ и поискал взглядом Иллиана. Тот поднимался на ноги, ожесточенно потирая плечо.

- Лошади, - проворчал он. - Кому захочется использовать в качестве транспорта существо, которое случайным образом то убегает, то пытается тебя убить, когда ты оставляешь его одного на пять минут?

- Тут ничего случайного нет, - пояснил ему Петр. - Совершенно предсказуемое поведение.

Он держал Майлза все так же крепко. Не сводя с него взгляда, Иллиан снова потянулся к своему комм-линку. Но Петр был совершенно не удивлен, увидев, как капитан нахмурился, потряс запястьем, попробовал еще раз...

- Тут сплошные скалы. Все равно что в пещерах, - пояснил граф. - Ты не поймаешь сигнал. И сюда не посадить флайер, или о чем ты там думаешь. Цеты не могли проникнуть сюда со всей их техникой и мощностями, и у тебя не получится, Единственный способ убраться отсюда - тот, которым мы приехали.

- Мама не разрешила бы мне ехать со сломанной ногой, - подал голос Майлз. - Я как-то пытался, и у меня ничего не получилось.

- А я и не предлагал тебе попробовать.

- Тогда что вы предлагали? - потребовал ответа Иллиан.

- Я могу держать его и сидеть в седле позади. Так мы вернемся, оттуда и вызовем помощь. Ты можешь поехать вперед и быть готовым встретить нас.

- Но вы не сможете управлять лошадью и держать мальчика одновременно!

- Это ты не сможешь. А я смогу. Мне такое не впервой.

Рука Иллиана снова поползла к кобуре парализатора, и Петр точно видел, в каком направлении движутся его мысли. Если Петр будет сидеть верхом на лошади, а хрупкий ребенок - находиться у него в руках, парализатор Иллиана окажется бесполезен.

Майлз переводил взгляд с одного на другого, но, что было для него нетипично, не произнес ни слова.

- Я понесу его. На руках. А вы можете повести лошадей.

- Ты видел дорогу сюда. Ты правда думаешь, что на таких откосах пешком и с ношей на руках двигаться будет безопасней?

- Безопасней чем что? - уточнил Иллиан и развел руками в неожиданной досаде. - Чем позволить человеку, который уже пытался убить этого мальчика, держать его, в то время как я буду не в состоянии ничего предпринять?

Петр молчал, узнав в его тоне и осанке признаки человека, который прижат спиной к стене, но отнюдь не обирается сдаваться. Однако и Форкосиганы сдаваться не привыкли.

- Все будет в порядке, дядя Саймон, - произнес Майлз. Это был не голос испуганного ребенка, который старается успокоить разозленных взрослых. Но доверчивый голос, полный детской веры в совершенно незнакомое ему будущее.

"Доверься своему дяде Саймону". И Петр вспомнил другого маленького мальчика, который доверял ему свою безопасность. Он сделал шаг вперед и передал ребенка в руки Иллиану, ничего не прибавив, и вернулся обратно за лошадьми.

Петр не сел в седло, но привел всех троих лошадей к началу тропы. Иллиан спустился по крутому склону в лощину с мальчиком на руках и вернулся обратно, один раз пошатнувшись на камнях. Сердце графа вздрогнуло. Оно всегда вздрагивало, когда Майлз оказывался на грани какого-нибудь смертельно опасного несчастного случая, и Петр уже не был уверен, когда именно чувство, заставлявшее его вздрогнуть, из надежды превратилось в страх. Они были так похожи.

- Тогда двинулись. - Иллиан по-прежнему обращался к нему без какого-либо почтения к титулу и чину. Но он ждал у стремени, а потом без колебаний передал Майлза деду. Петр осторожно устроил Майлза на луке седла, поддерживая его обеими руками.

- Как-то ты заставил меня тренироваться на лошади с целым большим мешком муки, - заметил Майлз.

- И теперь ты понимаешь, зачем.

Петр подождал, когда Иллиан сядет в седло, и распорядился:

- Дурачок последует за нами. Ты поедешь сзади. Я уверен, у тебя с собою не только парализатор, но и смертельное оружие, так что если ты прав в своих подозрениях, то будешь в конце концов отомщен.

- Если вы причините ему вред, то я лучше сам застрелюсь, - ответил Иллиан мрачно. - Эйрел меня все равно убьет.

- Я и не думал, что ты такой свирепый пес. Я считаю, ты нужен Эйрелу. Обязуюсь не давать тебе такого повода. Сегодня, - прибавил он, но знал, что это пустое слово. "Ни сегодня, капитан, ни вообще никогда".

Майлз улыбнулся ему, задрав голову, словно он тоже распознал неправильность этого слова, и Петр мысленно вздохнул. С этого момента не было пути назад, что бы он дальше ни сказал.

- А ты правда вот так возил здесь раненых партизан, деда? - спросил Майлз, когда они тронулись.

- А иногда и пленных, - отозвался Петр. - Для допроса. Потом мы их убивали, чтобы не было риска, что они нас выдадут.

Он твердо направил лошадь корпусом и ногами, тщательно оценил тропу перед собой, вероятность потревожить сломанную ногу ребенка, и прихватил его немного крепче.

Тропа делала петлю, поворачивая почти на сто восемьдесят градусов, и он мог видеть едущего сзади Иллиана, который приостановился на мгновение, когда его комм наконец поймал сигнал, и оставил Петра везти наследника Форкосиганов по горам без охраны.

Мальчик посмотрел туда же, и Петр видел, что он тоже пришел к такому выводу. Хорошо. Форкосиганы не должны быть слишком доверчивы, должны уметь видеть все последствия, даже если речь идет о собственной семье. Особенно если речь идет о семье.

А потом Майлз повернулся в другую сторону и показал на крутой откос сбоку от тропы.

- А вы сюда сбрасывали трупы, деда?

- Если не будешь сидеть спокойно, ты сам туда полетишь, - ответил дед, и Майлз рассмеялся и посмотрел на него взглядом, в котором не было ни капли страха.

@темы: таймлайн: регенство Форкосигана, переводы, джен, Фанфики, Петер, Майлз, Иллиан

URL
Комментарии
2018-01-05 в 00:53 

Линнел
Time to realize
cпасибо за перевод, они вхарактерны и прекрасны. майлз трогательный такой

2018-01-05 в 01:09 

Altra Realta
Лорд Волдеморт не был просто набором звуков и букв
Замечательный фик!

2018-01-05 в 02:05 

Belus-gorri
En boca cerrada no entran moscas
Какой несчастный граф Петр!
Спасибо за перевод :heart:

2018-01-05 в 02:15 

nloit
Интересная история, спасибо за перевод!:)

2018-01-05 в 04:39 

OldWich
Можно быть грустным. Или злым. Или раздавленным. Или безумным. И каждый раз можно найти для себя оправдание. Но нельзя быть скучным. Потому что для тех, кто скучен, не существует никаких оправданий. (с) В.Мортенсен
Спасибо за перевод. Действительно пропущенная сцена, лучше раскрывающая медленный и долгий путь к доверию между графом Петром и его семьёй.

2018-01-05 в 15:11 

Феникс_задира
Душевно богата, духовно больна
да, отличная работа. Очень понравилась

2018-01-05 в 19:02 

Lanaleleka
Отличная история. Спасибо!

2018-01-05 в 23:13 

УндДина
Ну замечательные взрослые. Давайте поверх детской головы обсуждать, насколько дед сильно хочет его убить. Грррр.

2018-01-05 в 23:21 

jetta-e
"На крышах Форбарр-Султаны шафранный закат померк..."
УндДина, к этому возрасту Майлз уже знал все эти подробности, я полагаю. Почему при нем все время Ботари, почему него не оставляют наедине с родным дедом, и как дел предпринял несколько попыток, когда тот был еще младенцем. Барраярцы!..

URL
2018-01-05 в 23:50 

УндДина
А я надеялась, что еще не знал. Ботари - ну, вот у него личный оруженосец, как у большого, денщик, он постоянно с ним, потому что ему в любую минуту может понадобиться помощь. Без подробностей. Что наедине с дедом не оставляют, он мог вообще не заметить. Зачем, зачем ребенку это рассказывать даже на Барраяре? Да и судя по тому, что у него были хорошие отношения с дедом, он узнал эти подробности довольно поздно. Не в девять лет, не раньше. Короче, я нашла свой сквик или как там оно называется. Перевод прекрасный, Майлз трогательный, взрослых - повбывав бы. Гррррррр.

2018-01-06 в 23:44 

eamele
Ах, чего бы я ни дал, чтоб в час непрощенный на Сенатской бы стыть мне площади!..
jetta-e, спасибо.

     

Кофейня Жоржетты: Буджолд-слэш

главная